cbc5c3d9

Линдгрен Астрид - Звенит Ли Моя Липа, Поет Ли Мой Соловушка



Астрид ЛИНДГРЕН
ЗВЕНИТ ЛИ МОЯ ЛИПА, ПОЁТ ЛИ МОЙ СОЛОВУШКА ...
Давным-давно, в пору бед и нищеты, в каждом приходе была своя богадельня.
Это был дом, где под одной крышей ютилась местная беднота: разорившиеся
хозяева, немощные старики, калеки и хворые, и дурачки, и сиротки, которых
никто не брал на воспитание, - все они попадали в это скорбное пристанище.
В приходе Нурка тоже была богадельня, и девочка Малена попала туда, когда
ей было восемь лет. Папа и мама Малены умерли от чахотки, и хотя осиротевших
детей обычно отдавали на воспитание, - Малену никто не согласился взять за
плату: деньги деньгами, но страшно занести в дом заразу, - вот девочку и
отправили в богадельню.
Дело было в начале весны, в субботу вечером, и все богадельщики глазели из
окошка на дорогу, это было их единственное субботнее развлечение. Смотреть
там, по правде сказать, было не на что. Проехала запоздалая мужицкая телега,
возвращающаяся из города; прошли мимо несколько деревенских мальчишек,
отправляющихся на рыбалку, а потом показалась Малена со своим узелком; на нее
все так и уставились.
"Бедняжка ты Малена! - подумала про себя девочка, подымаясь на крыльцо. -
Вот уж горе-то - жить в богадельне. Бедная Малена!"
Она отворила дверь и на пороге встретила Помпадуллу. Помпадулла была в
богадельне за старшую и вела себя как начальница.
- Добро пожаловать в приют бедноты, - сказала Помпадулла. - Теснота у нас,
видишь, такая, что дальше некуда. Да уж ладно! Авось, ты много места не
займешь, вон какая худышка!
Малена потупясь молчала.
- Смотри, не вздумай тут бегать или скакать! У нас баловаться нельзя, -
продолжала Помпадулла. - Это я тебе наперед говорю.
По краям избы сидели обитатели богадельни и печально глядели на девочку.
"Кому уж тут захочется бегать и скакать, - подумала Малена. - Никому,
наверно. А мне уж и подавно!"
Малена хорошо знала всех бедняков, которые жили в богадельне. Изо дня в
день они с сумой обходили приход, выпрашивая Христа ради милостыню. Да, всех
тут знала Малена. Вон сидит Страшила - такой урод, что детишки боятся его
точно пугала, хотя на самом деле он - добрый и смирный человек и ни разу
никого не обидел. А вот и Юкке Киис, которого бог лишил разума, и ненасытный
Ула из Юлы, которому ничего не стоит съесть в один присест десять кровяных
лепешек, вот Старичок-Летовичок на деревянной ноге и Хильда-Куриная Слепота с
вечно слезящимися глазами, и Костылиха, и Милушка-Голубушка, и Анна Перкель, и
самая главная из них - великая и могучая Помпадулла, которую приход назначил
за старшую в богадельне.
Остановившись у порога, Малена оглядела избу, увидела всю нищету и все
убожество богадельни и поняла, что вот здесь ей придется жить, пока не станет
взрослой, потому что она еще так мала, что никто ее не возьмет в прислуги.
Сердце у нее сжалось от тоски при одной мысли, что тут ей надо жить. А как
проживешь в таком месте, где нет нисколечко радости и красоты!
У себя дома она привыкла к бедности, но там все же были и красота, и
радость. Стоит только вспомнить, как весною за окном расцветала яблоня! И рощу
с ландышами. И шкаф, расписанный розанами! И большой голубой подсвечник с
сальной свечой! И румяные, с пылу с жару, лепешки, которые мама подавала на
стол! И свежевымытые полы на кухне, которые по субботам посыпали мелко
рубленным можжевельником! Ах, как бывало красиво и радостно дома, пока не
вошла в него болезнь! А здесь в богадельне все было так гадко, что впору
заплакать, а за окном виднелось одно толь



Назад