cbc5c3d9

Линдгрен Астрид - Рони, Дочь Разбойника



Астрид Линдгрен
Рони, дочь разбойника
В ту ночь, когда родилась Ронья, над горами гремели грозовые раскаты.
Да, гроза была такая страшная, что вся нечисть, обитавшая в лесу Маттиса,
испуганно заползла в свои пещеры и потайные убежища. Одни только жестокие
дикие виттры, любившие грозовую погоду больше всякой другой на свете, с воем
и криком метались вокруг разбойничьего замка на горе Маттиса. Их вой и крики
мешали Лувис, лежавшей во внутренних покоях замка и собиравшейся родить
младенца. И она сказала Маттису:
- Прогони этих жестоких виттр, мне нужна тишина. Из-за них я не слышу,
что пою.
А дело было в том, что Лувис, рожая ребенка, пела. Она уверяла. что так
ей легче, да и младенец наверняка будет более веселым, если появится на свет
под звуки песни.
Маттис схватился за самострел и выпустил в бойницу несколько стрел.
- Убирайтесь прочь, дикие виттры! - закричал он. - Нынче ночью у меня
родится ребенок! Понятно вам, кошмарихи вы этакие? Дитя грозы!
- Хо-хо, нынче ночью у него родится ребенок! Дитя грозы! Надо думать,
маленький и уродливый! Хо-хо!
И Маттис еще раз выстрелил прямо в стаю. Но виттры только презрительно
хохотали в ответ и, злобно воя, полетели прочь над верхушками деревьев.
Пока Лувис рожала и пела, а Маттис, по мере своих сил, расправлялся с
дикими виттрами, его разбойники сидели внизу у очага в большом каменном
зале, ели, пили и орали ничуть не хуже виттр. Чем-то же надо им было
заняться в ожидании младенца. Все двенадцать разбойников ждали того, что
должно произойти наверху, в башне. Потому что за всю их разбойничью жизнь в
замке Маттиса не родился еще ни один ребенок.
А больше всех ждал младенца Пер Лысуха.
- Когда же родится это разбойничье дитя?! - спрашивал он. - Я уже стар
и немощен, и скоро придет конец моей разбойничьей жизни. Хорошо бы перед
смертью увидеть нового разбойничьего хTвдинга1.
Только он произнес эти слова, как двери отворились и в зал ворвался
совершенно обезумевший от радости Маттис. Ликуя, он обежал весь зал, вопя
как сумасшедший:
- У меня родилось дитя! Слышите, что я говорю? У меня родилось дитя!
- Мальчик или девочка? - спросил сидевший в своем углу Пер Лысуха.
- Дочь разбойника, радость и счастье! - заорал Маттис. - Дочь
разбойника, вот она!
ХTвдинг - здесь: предводитель разбойничьей шайки, вожак.
197
И через широкий порог перешагнула Лувис с ребенком на руках. Среди
разбойников воцарилась мертвая тишина.
- Ну, сейчас вы у меня захлебнетесь пивом! - сказал Маттис. Взяв
девочку у Лувис из рук, он обошел с нею весь зал, показывая дочку каждому
разбойнику.
- Вот! Если хотите видеть самого красивого ребенка, который когда-либо
родился в разбойничьем замке, пожалуйста!
Дочка лежала у него на руках и смотрела на него ясными, широко
раскрытыми глазками, в которых и капли сна не было.
- Сразу видно, этот детеныш знает кое-что и уже разбирается кое в чем,
-- заявил Маттис.
- А как ее назовут? - спросил Пер Лысуха.
- Ронья, - ответила Лувис. - Я решила это уже давным-давно.
- Ну, а если бы родился мальчик? - поинтересовался Пер Лысуха.
Лувис спокойно и строго взглянула на него.
-- Раз я решила, что мой ребенок будет зваться Ронья, значит и
появилась на свет Ронья!
И, повернувшись к Маттису, спросила:
- Хочешь, теперь я возьму ее?
Но Маттис не желал отдавать дочку. Он стоял, удивленно глядя на ее
ясные глазки, на маленький ротик, на черные волосики, на ее беспомощные
ручки, и просто дрожал от любви к девочке.
- Да, малышка, в этих вот маленьких р



Назад