cbc5c3d9

Ли Брекетт - Дальний Прыжок



Ли БРЭКЕТТ
ДАЛЬНИЙ ПРЫЖОК
Глава 1
Через пропасти между мирами из конца в конец Солнечной системы, добираясь и до тех мест, где развитие человечества находилось в апогее, и туда, где история робко трепетала, подойдя к самому краю, летели слухи. Кто-то совершил его — Дальний Прыжок. Кто-то уже вернулся.
В барах тысячи портов об этом рассказывали космонавты. На улицах бесчисленных городов об этом говорили прохожие. “Кто-то совершил его — Дальний Прыжок, — совершил и вернулся назад. Эта последняя группа — экспедиция Баллантайна. Говорят…”
Говорили массу всевозможных вещей, противоречащих одна другой, фантастических, невероятных, мрачных. Но за словами стояли только слухи, а за слухами — молчание. Молчание, подобное молчанию сфинкса, когда беззвучные волны ночи катятся в вечность, омывая островок — Солнце.

Слишком много молчания. Именно к нему прислушивался Арч Комин после всех услышанных слов. Кажется, самые упорные слухи шли вдоль линии между орбитами Плутона и Марса, а вокруг Марса царило самое непроницаемое молчание.
Комин отправился на Марс.
Охранник у главных ворот сказал:
— Извините. У вас должен быть пропуск.
— С каких это пор? — спросил Комин.
— С позапрошлой недели.
— Да-а? Чего это вдруг стряслось с компанией “Кочрейн”, а?
— Это не только у нас, это на всех корабельных линиях к Марсу. И вообще много тут всяких ошивается со своими дурацкими вопросами. Если у вас есть дело, так закажите пропуск по официальным каналам.

Иначе — пеняйте на себя.
Комин быстро прикинул на взгляд высоту и размер запертых на замок главных ворот, потом оценил прочную будку из стали и тяжелой стеклянной массы, в которой скрывался часовой у приборного щитка.
— О’кей, — сказал он. — Это уже не твоя забота.
Он вернулся к машине, взятой им напрокат, забрался в нее и медленно поехал назад по твердой полосе дороги, которая вела к новому, вполне прозаическому и совершенно земному городу в четырех милях отсюда. Здесь, в открытой марсианской пустыне, дул, поднимая пыль, сухой и холодный ветер, и не было никакой радости в отдаленной красной линии горизонта, протянувшейся под темно-синим небом.
В скором времени дорога разделилась на две, и Комин свернул на ту, которая уходила от основной в сторону. Петляя, она вела к грузовым воротам космопорта, который подобно распростертому на земле чудовищу возник перед ним слева, с поднимающимися вверх группами зданий и со складами, сосредоточенными на территории доков. С высокой сторожевой башни даже на таком далеком расстоянии можно было разглядеть эмблему Кочрейнов, состоящую из девяти планет.
На полпути от шоссе к воротам не видимый ни с той, ни с другой стороны Комин замедлил ход и завел машину в кювет. Он вылез, оставив дверцу открытой, и уселся в пыли. По этой дороге никто не ездил, кроме тех, кто служил в компании или доставлял сюда оборудование.

Ему оставалось только ждать.
А ветер все дул и дул, задумчивый, печальный бродяга-старик, который ищет в пустыне города своей юности — наполненные светом города, когда-то тут высившиеся и которых теперь уже нет. Холмики красной пыли вырастали возле ступней Комина. Он сидел неподвижно, ожидая с бесконечным терпением, и думал, думал…
“Двое суток я проторчал в здешних вонючих барах, слушая, что болтают вокруг. И все без толку, кроме того хорошо нагрузившегося типа. Если и он говорил неправду…”
С дороги послышался какой-то звук. Из города шел грузовик с именем Кочрейна на борту. Комин растянулся в пыли.
Грузовик с ревом проехал мимо, заскрежетал тормозами, останови



Назад